- Н-наверное.

Она помогла ему снять одежду и он начал тщательное обучение искусству быть женщиной от кожи и дальше.

- Скажи мне кое-что, Горти, - сказала она, когда выдвигала аккуратно сложенный ящик, что бы подобрать ему одежду. - Что находиться в бумажном мешке?

- Это Джанки. Это попрыгунчик. Я имею в виду, был. Арманд разбил его - я говорил тебе. Потом этот человек в грузовике разбил его еще сильнее.

- Я могу посмотреть?

Натягивая на себя пару ее носков, он кивнул головой в сторону одной из коек:

- Давай.

Она вытащила разбитые кусочки папье-маше.

- Их двое! - воскликнула она. Она повернулась и посмотрела на Горти, как если бы он вдруг стал ярко-лиловым или у него вдруг выросли бы кроличьи уши.

- Двое! - снова сказала она. - Мне показалось, что я видела только одного там за обедом. Они действительно твои? Оба?

- Это глаза Джанки, - объяснил он.

- А откуда взялся Джанки?

- Он был у меня до того, как меня усыновили. Полицейский нашел меня, когда я был ребенком. Меня поместили в Приют. Джанки появился у меня там. По-моему у меня никогда не было никаких родных.

- И Джанки оставался с тобой - подожди, давай я помогу тебе надеть это - Джанки оставался с тобой с тех пор?

- Да. Он должен был.

- Почему должен?

- Как это застегивается?

Зина сдержала что-то похожее на порыв затолкать его в угол и держать его там, пока не добудет из него информацию.

- О, Джанки, - сказала она терпеливо.

- О. Ну, я просто должен иметь его возле себя. Нет, не возле себя. Я мог бы отойти на большое расстояние, если с Джанки все было бы хорошо. Я имею в виду пока он мой. Я имею в виду, что даже если бы я не видел его целый год, это было бы нормально, но если бы кто-нибудь передвинул его, я бы знал, и если бы кто-то причинил ему боль, мне бы тоже было больно. Понятно?