— Мнят вас богом? — невинно вмешалась Мадж.

— Скорее проявлением божественного легкомыслия, — засмеялся Хэм. — Они считают нас детьми и всячески заботятся и оберегают от невзгод. Мы же не умеем разговаривать!

Кончился ром, погас костер. До того, как уйти спать в предложенное им бунгало, Нэй и Мадж постояли на берегу, глядя на ослепительный ковер звезд в небе и в море.

— Я правильно поняла, — поинтересовалась Маджента, — что его смутил код нашей планеты? Когда он предложил помочь с переоткрытием счета?

— Не смутил, — ответил Нэй. — Он просто не поверил. И я хочу не верить. За три дня мы перепрыгнули полгалактики, солнышко. Это другой рукав, другая сторона. Отсюда ближе до Земли, чем до дома. И безо всякого флирта со стюардами.

Мадж поежилась.

— Ты сердишься на меня?

— За что?

— Я не должна была лезть куда попало.

— Это же я предложил.

— Я могла отказаться.

Он обнял ее за плечи, и снова посмотрел на звезды.

— Нет, я не сержусь.

Прекрасно понимая, что нужно оставаться, они, тем не менее, утром поднялись на причал. Нэй занес на судно подаренные аборигенами гамаки. Хэм поставил около трапа две тяжелых корзины с едой и напитками.

— Вы же запомнили координаты, правда? — весело спросил он, протягивая Нэю старинный морской бинокль. — Как только увидите наши острова — поворачивайте! Извините, дальше не провожаю. Это — ваш корабль. Графиня, граф! В нашем захолустье столь приятная компания — большая редкость. Буду счастлив встретить вас вновь.

Маленькие человечки махали им руками и пели вслед «Гет варэ! Гет варэ!».