– День добрый, Алин. Прости, что задержала твою сестру, у нас было одно небольшое дело.
Вилья фыркнула, а князь попытался спасти положение:
– Эалинор, позволь представить тебе младшую княжну Ревилиэль и ведунью Еванику Соловьеву. Ревилиэль, поприветствуй брата.
Вильку перекосило, но она тем не менее сделала шаг вперед и протянула руку для рукопожатия, которое немедленно состоялось, причем, если судить по едва слышному хрусту суставов, Вилька уже успела померяться с братцем силой. Интересно, кто кого? Я ехидно улыбнулась и подмигнула Алину, который явно уже жалел о том, что вообще приехал. Наконец Вилька отпустила руку брата и спокойно шагнула назад, повергнув эльфа в полный неадекват своими манерами. Великий князь слегка осерчал и прикрикнул на внучку:
– Ревилиэль, что ты себе позволяешь?! – Вилька недовольно дернула плечом, но промолчала. Я же сверлила Алина неприязненным взглядом, давая понять, что ему здесь не рады. А князь тем временем продолжал: – Вилья, отправляйся в свои покои, мы поговорим позже. И не возражать князю!
Подруга стиснула зубы, но сдержалась. Четко, по-солдатски развернулась и строевым шагом направилась на девичью половину терема. Я, пожав плечами, последовала за ней.
Оклик князя настиг меня уже у самых дверей:
– Ведунья Еваника! Я запрещаю вам покидать светлицу.
Я остановилась и, не оборачиваясь, тихо ответила словами старинного поэта:
– Волхвы не боятся могучих владык… – и с этими словами вышла за дверь.
Обозленная Вилька мерила шагами комнату, разнося вдребезги все, что под руку попадалось. Сенные девки давно разбежались от греха подальше, а я скромно сидела в уголочке, держа наготове отражающее заклинание. Так, на всякий случай.
– Как он мог?! – в очередной раз возопила Вилья, швыряя в стену чудом уцелевшую расписную фарфоровую вазу. Осколки брызнули во все стороны, добавляя хаоса. Дощатый пол был устлан сплошь хрустящим ковром, когда Вилька наконец-то остановилась и в упор уставилась на меня. Я вжалась в стену, лихорадочно перебирая в памяти все известные мне защитные заклинания, когда полуэльфийка неожиданно спокойным голосом объявила: