Лючия убрала широкодиапазонную приемно-передающую антенну, оставив в работе некоторые «тарелки» небольших размеров. Покрыла пористый материал внешней обшивки зонда жесткими антенными компонентами и полностью поменяла его внутреннюю структуру. Теперь наиболее уязвимые места «Чан-га-5» и его оборудование были защищены намного лучше прежнего. Конечно, никакое покрытие не сможет выдержать прямой атаки, однако подобная конструкция все же позволит сберечь некоторые выступающие из корпуса устройства и, если что, предотвратит выключение магнитных отклоняющих систем. Бенк хотела быть абсолютно уверенной в том, что ее не разорвет на части во время полета.

В одном случайно выбранном месте новой обшивки она сделала небольшое углубление, по размерам ничуть не большее естественных вмятин, появившихся на шероховатом корпусе зонда на годы полета. На дне этого углубления Лючия закрепила портативную фотокамеру, конструкцию которой заимствовала из архивов ОЗИ-ПРО. Незеркальный объектив, металлический затвор и обычная пленка с покрытием из бромистого серебра казались смешными, нелепыми и старомодными по сравнению с высокотехнологическим оборудованием, которое было прежде установлено на «Чанге-5», но Бенк не хотела использовать никаких компьютерных устройств или цифровых полупроводниковых видеокамер. Ничто не должно ее выдать. Через несколько дней механический затвор будет приведен в действие и будет срабатывать в определенные моменты полета. Эти фотографии станут ее единственными дневниковыми записями во время путешествия к Пи-1 Большой Медведицы.

Лючия критически изучала свой зонд. Она надеялась, что его неправильная форма, малая плотность и отсутствие электрических импульсов смогут убедить постороннего наблюдателя, что «Чанг-5» — обычная каменная глыба, астероид, которых и без того достаточно много кочует в открытом космосе.

Бенк стала маскировать дюзы, чтобы их не было визуально видно, и раздумывала при этом: «А вдруг я не права? Вдруг просто сошла с ума? Тогда я похороню себя заживо!..»