- Мой врач, - Усиба выпустил облачко сигаретного дыма, - говорит, что язва продолжает обостряться. И это все из-за твоих проклятых американцев!

Тёса скептически посмотрел на своего соратника.

- Они такие же мои, как и твои. Как и все люди, они тоже разные. Именно ты помог нам в этом разобраться и посоветовал устранить кайсё.

Наохиро не хотелось говорить об Оками, но он все же процедил сквозь зубы:

- Мы обрекли его на смерть:

- Как? - вскинул брови Тёса. - Оками мертв, почему я об этом ничего не знаю?

Лицо Усибы исказилось гримасой боли, тонкими пальцами он плотно обхватил глиняную чашку и чуть не сломал ее, потом проговорил:

- Я просто предполагаю, что его уже нет в живых...

- Вполне возможно. Если бы кайсё был жив, мы бы давно получили от него какие-нибудь известия. - Тёса положил руку на плечо дайдзина. - Нет Оками, нет и его власти. Мой дед верно говорил: "Считай своими друзьями только тех, кто имеет возможность причинить тебе вред".

Тёса дорожил редкими минутами встречи с Наохиро, потому что только в это время он мог открыто противостоять ему.

- Не жалей об Оками, - сказал он покровительственно. - Микио был сущим наказаньем для всех нас! Он сосредоточил в своих руках абсолютно всю власть. Это так несовременно. Терпеть такого человека - настоящий позор!

А я именно за это уважал Оками. Далеко не каждый сумеет стать диктатором, а вот Микио стал им и ограничил даже твою власть.

- Фу! - возмущенно фыркнул Тёса. - Через своих шпионов ты прекрасно знаешь, что я не только сохранил при Микио свою власть, но и приказал с ним покончить.

На красивом лице Усибы появилось жесткое выражение.

- Прекрати дурачить меня, это плохо кончится. Клянусь, я ничего не знал о заговоре.

Тёса безудержно расхохотался:

- Конечно, в том, что у тебя язва, повинны американцы. Ведь ты же кишки надорвал, пытаясь понять их юмор, да так и не сумел. Ты вообще юмора не понимаешь.