Потом я потерял сознание.

Очнувшись же, обнаружил себя снова на носилках — но на сей раз мы двигались вниз, в селение. И снова предположения, одно диковинней другого, одолевали меня. Потому что стоило мне приподняться на локте и поглядеть на свою ногу — и я мог удостовериться: она не просто не болела, но и вообще выглядела так, как будто никогда не было того перелома. (Впоследствии я имел возможность убедиться, что перелом все-таки не являлся плодом моего воспаленного воображения. Все-таки кость срослась плохо, и я до сих пор хромаю — что не совсем приятно, но значительно лучше тех перспектив, которые открывались передо мною прежде).

Итак, чудо, несомненно, произошло. Но — не мог же я действительно поверить в то, что меня вылечил легендарный Ом-Канл! Моему сознанию и так пришлось нелегко, ибо сложно примириться с самой вероятностью подобных целительских способностей. Но еще и с бессмертием?!

Я предположил, что случившееся объясняется намного проще. Скажем, Дэ, переживавший по поводу моей травмы и своей, пусть и косвенной, вины, усилием воли вызвал в себе состояние Светоносного. Правда, морщины на его лице… ну, допустим, это — побочный результат обладания даром Светоносного.

Я взглянул на Дэ — юноша сейчас не светился, и лицо его было, как и прежде, без тех ужасных морщин.

…В конце концов я спросил у Йут-Лада, что же произошло тогда на той площадке. Он насмешливо улыбнулся и поинтересовался, а что я думаю по этому поводу. Выслушав идею насчет Дэ, он кивнул: «Ты почти угадал. Только это был не Дэ. Это был его старший дядя. Когда-то давно он почувствовал необходимость уйти — и ушел. Иногда мы навещаем его, но не слишком часто. И изредка он помогает нам».

«Почему он ушел?» «Он заслужил покой. И хотя долго не желал использовать свое право, в конце концов предпочел сделать это. Так правильнее всего».