Чертов источник бьет из-под земли возле санатория «Борково» — в прошлом «Luisenbad» — в Полчин-Здруе. Источник старый, заброшенный, в глубине зеленоватый — в воде много железа. В январе или начале февраля 1944 года к нему подбежала смеющаяся девочка в красном пальтишке. И стала звать по-немецки свою младшую сестренку посмотреть на чудо: кругом снег и лед, а тут из земли вытекает вода. Алисе в то время было пять лет, Доре — на полтора года меньше. Обе светловолосые, бойко щебетали по-немецки, только

Алиса непонятно почему вместо «nein» говорила «nie»

ему сказали, что за них волноваться не надо: «дяденька Гитлер очень добрый и присылает им конфетки».

Иногда, правда, Алисе снится большой дом в залитом солнцем саду, светлые волосы мамы. А высокий мужчина с усами это, наверное, папа. Он пьет кофе и слушает музыку по радио. Он, что ли, врач? Алиса не помнит. Она знает только, что теперь они с сестрой — бедные немецкие сиротки и ждут в Heim’e

В то время, когда Алиса с Дорой весело болтали у Чертова источника, голова их отца год как уже лежала в банке с формалином. Банка стояла на полке среди других сосудов с польскими головами в немецком Институте судебной медицины в Познани. Какой-то немецкий профессор написал на стекле: «Der Kopf eines inteligenten, polnischen Massenmorders, dr Franz Witaschek», что в дословном переводе означает: голова интеллигентного польского массового убийцы.

Ранним утром 8 января 1943 года доктор Виташек с высоко поднятой головой шел по двору Форта номер семь познаньской Цитадели и пел «У двери я Твоей стою, Господи». Вешали их партиями по девять человек на крюках, торчащих из свода бункера. Так погибли тридцать виташковцев. Вскоре в гестапо из Института судебной медицины поступило письмо с требованием немедленно выслать им голову Виташека. Там хотели исследовать мозг гениального человека.