Чуть не попалась я в простейшую из ловушек. Попеняла себе за невнимание. Устремившись вперед, позабыла о ритме движений, шла так, как шли ноги, а ритм этот служил не моим целям. Тогда без промедления стала я менять меру своих движений, широкий шаг следовал за коротким, приходилось и в сторону ступать, и даже подпрыгивать, чтобы ни разум, ни тело не смогла заворожить неведомая Сила.

Приготовилась я отражать новый натиск. Дважды пыталась она поразить меня и дважды не сумела. Значит, третий удар должен стать самым тяжким.

Вдруг померк свет луны. Но темнее не стало: как гигантские свечи, полыхали огненные столбы. И в этом бледно-зеленом свечении словно пятнами мерзкой болезни покрылись мои руки. Подавила я отвращение. Ведь двумя факелами горели в моих руках посох и узкая полоска по ободу кубка, синевой отливал их свет, белым пламенем тех свечей, что используют Мудрые для защиты от Древних.

Начался новый натиск: меж зловещим светом горящих столбов появились гадкие рыла, твари сплетались, кружили, скользили… Только Тьма могла породить эту мерзость! Но не отвела я глаз от чаши и посоха, осилила искушенье, выдержала и это испытание.

Навалилось недоброе и на слух. Знакомые голоса кричали, молили, шептали, просили, чтобы я повернула обратно.

А поразив и глаза мои и уши, попыталась эта Сила вновь убаюкать меня ритмом движений. Словно воин, окруженный врагами, отбивала я удары нескольких мечей сразу.

Но не могла злая Сила преградить мне дорогу, и шла я вперед.

И вдруг все: наваждения, зов и сопротивление ее разом исчезли. Отступила она, но не было это ее поражением.

Завлекала теперь меня повелительница здешних мест прямо к центру спирали, собирала все свои силы, чтобы внезапно обрушить их на меня и победить. Воспользовалась я этим и пошла вперед побыстрее.