Придется немного попортить государственную собственность.
Она взяла одну из своих стрел-ампул и разбила ее о перила веранды.
Жидкость из ампулы зеленовато светилась в темноте. Как стрелки часов. Фосфор.
Дернув за шнур генератора, Эрика поднесла диски к перилам. Сноп электрических искр произвел мгновенный воспламеняющий эффект. Вслед за быстро выгоревшей краской занялось и дерево беседки.
Стало значительно светлее. Она без труда могла разглядеть темный рисунок вен на коже. И многочисленные шрамы от уколов. Сейчас их станет на один больше.
Дернув зубами за резиновый жгут, Эрика перетянула руку у локтевого сгиба. И аккуратно воткнув иглу, до отказа вдавила поршень шприца.
Полтора кубика сыворотки. Полная доза.
Белый Вульнар отодвинулся в сторону, чтобы я мог видеть вход в пещеру.
И стоявшего в нем огромного черного медведя в железном ошейнике.
– Здравствуй, брат! – воскликнул Белый Вульнар, выпрямляясь во весь свой невероятный рост. – Хорошо, что и ты зашел к нам на огонек!
Я знал, что он не лжет и медведь действительно Вульнар Черный. За спиной у зверя был привязан Молот Судьбы. И ошейник я тоже видел в доме кузнеца – он день и ночь висел над его изголовьем.
– Может, ты сам расскажешь твоему охотнику, зачем тебе моя шкура? Не можешь? Ах, жалость, – глумился Хозяин.
Медведь зарычал, скалясь. Звуки, исходившие из его глотки, были почти членораздельны.
Белый Вульнар зарычал в ответ. Медведь мотнул головой, влево, вправо и двинулся к нему.
Хозяин захохотал. Кончики его пальцев заблестели металлом, вытянулись, заострились. Из-под ногтей ведуна стремительно прорастали серповидные лезвия длиной в локоть.
При виде их медведь остановился. Посмотрел на меня.
Мне показалось, что Волчий Убийца шевельнулся у меня на коленях.
Пульс девяносто.
В конце прошлого столетия доктор Гаспар ван Рихтен провел серию экспериментов с пациентами, страдающими редким видом инфекционного заболевания licantropia patologia. В частности он попытался выявить возбудителя заболевания и пути борьбы с ним.