История, которую рассказал мне Черный Вульнар, была невероятна. Если бы мне довелось услышать ее за кружкой пива, я бы рассмеялся.

Но в месте по другую сторону времени, среди гор, утопающих в тумане, все звучало иначе.

Там можно было поверить в цвергов, подземных мастеров и чародеев, населяющих горы, как черви вековой дуб.

Цверги не враги людям. Но иногда они крадут человеческих детей. Если те отмечены невидимой смертным, но притягательной для цвергов, руной судьбы.

Нет, «крадут» неверное слово. Цверги по своему честны. Они совершают обмен.

Вместо похищенного ребенка в колыбели остается его близнец, сделанный из волшебной глины.

Подменыш во всем подобен человеку. Ребенком он плачет. Подростком набивает пузо за троих. Мужчиной волочится за юбками.

У него нет лишь двух вещей, свойственных каждому смертному.

Истинной тени, которую можно увидеть в лунном свете, и узнать по ней душевные качества человека. Цверги не умеют вкладывать душу в свое глиняное творение. Следовательно, подменыш отбрасывает лишь ложную тень, заметную на солнце.

В лунном же свете видно, что кожа его цвета глины, глаза из олова, а ногти и зубы из железа. Цверги умеют сделать неживое живым, но в лунном свете их обман очевиден.

И собственной судьбы нет у детища цвергов. Только отражение судьбы того, по чьему подобию он создан.

Перевернутая вниз головой руна чужой жизни.

– Сорок лет назад родился мальчик. В доме кузнеца, – Вульнар запивает свой рассказ пенной брагой, припечатывая каждое предложение стуком кружки по столу.

И с каждым глотком его рассказ становится все напевней, все больше походит на сагу.

– Тор, покровитель мастеров и воинов, возложил ему на лоб старшую руну Зиу – руну силы и справедливости. Ее носитель должен был стать великим бойцом и непревзойденным кователем. Неудивительно, что в ту же ночь цверги украли его из колыбели, чтобы обучить своему тайному мастерству в подземных чертогах.