- Дядь Вова! А сам-то не хочешь попробовать? Все равно же никто же не узнает! - просипел Мишка из последних сил.

- Чо попробовать? Чо ты мне пробовать присоветуешь? - шипел бывший черный рыцарь, однако, слегка ослабив тиски на Мишкином горле.

- Ну-у... Душу в себя вдохнуть... Подумаешь, хрень какая! Никто же не узнает! Жалко ее так просто поварам сдавать, а? Кусочек себе вставить... Для следственных мероприятий... - выдохнул Миша прямо в желтые клыки перед собственным носом.

- Дык, как ее себе вставишь? - растерянно сказал Вовик. А потом сразу взревел: "Ты чо? Думаешь, на ересь меня подбить? На роль Демиурга покуситься? Ну, ты говно! Да я тебе сейчас моргалки вовнутрь себя поверну!"

Но мысль эта уже загвоздилась в его сознании, поэтому он раздумчиво произнес: "Я же все равно не знаю, как, а, главное, куда ее себе вставить..."

- Да чо сложного-то... придурок, - прохрипел Мишка, пытаясь ослабить хватку стальных когтей дяди Вовы на своей шее.

- То есть? - с интересом переспросил демон.

- Сам же давеча рассказывал... Пусти, а? К лицу... или что там у тебя... поднести надо и вдохнуть... С того вон боку... Видишь, где почечка такая...

Дядя Вова выпустил Мишку, который упал возле него на колени, стараясь отдышаться. Он аккуратно вынул коготками душу Петровой из футляра и с интересом поднес ее к самой своей неприглядной харе. Мамкина душа плотно сжалась в комок от холода контейнера. Мишка даже испугался на минутку, что она уже погибла. Но, почувствовав нечто живое рядом, душа доверчиво потянулась к завороженному ее пробуждением демону, ласково обвивая своими лепестками его зазубренные грязные когти. Черный рыцарь неотрывно смотрел на диковинный цветок, распускавшийся прямо у него в руках, а когда свет глупой души Петровой вдруг озарил заросшую бурой шерстью сопатку демона, Мишке почудилось, что тот пытается ей в ответ улыбнуться...