— Но один из друзей художника в эту ночь не спал и случайно увидел в окно, как сын сапожника ведет куда-то полицию. Он сразу обо всем догадался и садами-огородами побежал к художнику. Он успел раньше полиции, потому что очень торопился, да и путь выбрал самый короткий. "Тебя предали. Уходи!" — сказал он. Художник послушался его. Едва успев сложить кисточки и краски в дорожную сумку, а также немного хлеба и ветчины, он выбрался через окно, перескочил забор за домом и убежал в лес.

Облегченный вздох вырвался у детворы. Но, едва успев обрадоваться, что дровосеку-художнику все-таки удалось сбежать, они начали требовать продолжения:

— А дальше? Что было с ним дальше?

— Дальше?..

Ния смотрела поверх детских голов туда, где вдруг тихонько зашептались женщины: немолодой пекарь, что пришел в заповедный лес всего несколько дней назад, сидел ссутулившись, закрыв лицо руками. Его плечи вздрагивали. Девушка почувствовала себя виноватой — ведь своим рассказом напомнила ему о жене.

— Художника долго искали, а потом нашли в реке старую дорожную сумку с баночкой красной краски и двумя кисточками. Полиция решила, что художник утонул, но простые люди знали, что это не так. И они были правы. Перехитрив полицию, художник стал ходить по стране и рисовать людям добрые картины. Его видели то тут, то там, но полиции так и не удалось его поймать.

Вздохнув, Ния заставила себя улыбнуться.

— Ну, вот и все. Сказке конец, а кто слушал — молодец! А теперь, ребята, вам пора спать!

— Ния, скажи, — пропищала Ида, — а ты видела этого художника?

— Нет, но, — она пожала плечами, — может, когда-нибудь и увижу.

Родители по одному увели детей, а Ния подошла к смуглокожему мужчине в красной рубашке, за плечом которого выглядывал гриф старой гитары.

— Сыграй что-нибудь веселое, пожалуйста!

Тот кивнул. Сначала Ния просто топала ножкой в такт музыке, стоя на месте, потом, под звонкие хлопки, кружась, вылетела в центр площадки…