- Сейчас, - произнесла Мария. Она поставила на стол тарелки с похлебкой, которая показалась мне самым вкусным, что я когда-либо ел. - Вот. А потом, когда закончите трапезничать, поведайте мне о своих приключениях. Встретился ли вам на пути архангел Гавриил, который не так давно принес мне доброе известие?

Ой, как все запущено! Я-то думал, что девушка нормальная. А она, оказывается, больная. Свихнулась, видать! С посланниками небес беседует. Гм, печально все это. И чую я, добром не закончится!

- Нет, - брякнул молчаливый Каспар, - с Гавриилом мы не общались. Но кое с кем главнее него связь поддерживаем. Так вот, Он попросил нас передать тебе, что дитя твое - мессия. Ему суждено искупить грехи человеческие!

Выпалив все это на одном дыхании, мой друг взял в правую руку ложку и, чавкая, приступил к еде. Больше он ничего не сказал. Но и того, о чем он уже поведал, было более чем достаточно, чтобы Мария прониклась к нам уважением. Ну а с лица Иосифа, наконец-то, пропала саркастическая улыбочка.

- Да-да, все так, - поспешно закивал Мельхиор. - Я знаю, что Иешуа - сын Божий! Вот! И то, что этот ребенок родился именно у тебя, Мария, ты должна почитать величайшей милостью Всевышнего, который внимательно наблюдает за нами, смертными. Он оценивает нас, наши поступки и мысли.

То, что мы говорили в доме Марии и Иосифа, шло не от нас, а непонятно откуда. Мне даже начало казаться, что мы тронулись. Ужас, надо сказать ребятам, чтобы они как можно быстрее доедали и живенько убирались отсюда. В конце концов, переночевать мы можем и на улице, благо ночи теплые.

Я раскрыл рот, собираясь поведать им об этом, но... произнес не то, что планировал. Я выступил в роли оратора. В своей высокопарной речи я восхвалял мужество Иосифа, красоту Иешуа и почему-то девственность Марии. Интересно, а ребенок у нее откуда? Неужели, действительно, от святого духа?