Потому что я уже довольно долго осваивал еще одну творческую премудрость. Оказывается, для создания полноценного произведения мало рассказать, ЧТО И КОГДА происходило; ГОРАЗДО ВАЖНЕЕ описать, КАК происходило то или иное событие и КТО ЧТО при этом ЧУВСТВОВАЛ И ПЕРЕЖИВАЛ! Насколько я понимаю теперь, именно этим отличается пусть самый бесталанный, но вполне литературный рассказ от школьно-туалетных анекдотов типа: "А тот тому говорит..." - "А тот тому..." - "А тот тому как заедет! А этот тогда его ка-ак!.." Кстати, от СИМа я узнал, что сказки тоже представляют собой "СКЕЛЕТЫ", как он выражался. Добрый молодец в них всегда ДОБРЫЙ - потому что ДОБРЫЙ! И он ну никак не может совершать дурных поступков! Он всегда будет прав, даже если убьет кого-либо. И хитрый солдат, сваривший суп из топора, тоже прав несмотря на то, что лгать вроде бы некрасиво. А вот разорившихся богачей все сказки неизменно осуждают, хотя, кажется, их можно только пожалеть. И какой-нибудь Кощей не может совершать добрых дел - как же, ведь это ЗЛОЙ Кощей!! Поэтому объяснив, что начать с КОМБИНАЦИЙ мне как среднему школьнику было просто легче, вслед за тем комп начал подбрасывать мне одну за другой такого рода "задачки": - описать чувства и мысли Бабы-Яги, феи, домового или джинна, которые в одних сказках добрые, в других злые, так, чтобы было видно, ПОЧЕМУ они то добрые, то злые; - показать через мысли, чувства и обстоятельства воспитания, почему сказочный храбрец является храбрецом, а трус - трусом; - сделать из доброго Ивана-Царевича записного злодея, а из Людоеда "конфетно-сахарного" добряка; - придумать, как известный правдолюбец Ходжа Насреддин мог бы взяться отстаивать неправое дело... И так далее, и тому подобное. Разумеется, это был грандиозный прорыв за черту представлений одиннадцатилетнего мальчишки. Легко оперировать готовыми образами-масками.