Машина быстро выехала из города, и понеслась по дороге прорезающей бескрайние поля. Настроение у Давида стало еще сквернее, чем раньше. Незнакомец просто закрыл глаза, и не то заснул, не то начал медитировать, но общаться определенно не собирался. Время тянулось медленно, по пути на глаза попадались только какие-то уродливые машины, и несколько страшных на вид деревенек. Черный лимузин смотрелся как-то нереально среди этого запустения. Но дорога не могла продолжаться вечно, и они наконец куда-то свернули. Давид так и не смог прочитать названия населенного пункта, в котором решил провести отпуск его чокнутый дед, но это было и не важно. Давид понял, что единственным достижением цивилизации, на которое он может рассчитывать в ближайшую неделю будет телевизор, да и то сомневался в этом. Деревня представляла из себя настолько унылое и убогое зрелище, что казалось канализация Амстердама, могла дать ей сто очков вперед по своему развитию. Боже мой, да есть ли здесь вообще канализация!? Неужели придется целую неделю срать в дырку в полу?

Эти и еще тысячи неприятных мыслей вовсе не грели Давида когда они наконец подъехали к дому деда. Впрочем, когда парень увидел, где живет дед большинство его опасений развеялись. У Абдулы был если не огромный, то, по крайней мере, большой дом прямо на берегу Дона. Двухэтажный, и сделанный из белого кирпича, он серьезно выделялся среди прочих виденных Давидом сегодня. А стоявшая рядом большая спутниковая тарелка говорила о том что хотя бы телевизор у старикана есть. Дом был обнесен высоким кирпичным забором, с автоматическими воротами. Ворота распахнулись, и лимузин въехал внутрь. Дворик был чистеньким и ухоженным. Трава аккуратно подстрижена, и меж четырех деревьев было натянуто два гамака.

Машина остановилась, и Давиду было предложено выметаться из нее. Правда на этот раз незнакомец все-таки соизволил выйти, и помочь ему с чемоданом. Он одной левой достал чемодан и поставил его на землю, как будто тот был сделан из пенопласта.