Но вполне вероятно, что такие слова ему бы в районном отделении и не сказали, а наоборот, поблагодарили бы за проявленную гражданскую сознательность и бдительность, однако сама возможность стать объектом иронического отношения сильно смущала чуткую и в свое время непомерно уязвленную душу Владимира Евгеньевича.

Дело в том, что в уже ставшие почти легендарными времена развитого социализма доктор исторических наук Дерябин преподавал в университете такой исключительно важный предмет, как История КПСС. Вести столь серьезный курс абы кому, понятное дело, не доверят, и — что совершенно естественно — Владимир Евгеньевич пользовался в коллективе почетом и уважением и имел соответствующий материальный достаток, воплощенный в автомобиль «Волга» и дачный домик хотя и в отдаленной, зато живописной местности.

Но вот накатили проклятые девяностые. Предмет, который вел Владимир Евгеньевич, был аннулирован из университетской программы, а сам доктор наук Дерябин стал подвергаться всеобщим насмешкам и даже публичным издевательствам именно за свою многолетнюю профессиональную деятельность, ранее вызывавшую у тех же теперешних обструкционистов лишь священный трепет.

Но все-таки Владимира Евгеньевича из университета не поперли, а предложили вести курс современной истории России. В результате на своих лекциях он вынужден был вещать нечто совершенно противоположное тому, в чем ранее искренне убеждал студентов.

Естественно, насмешек и идиотских шуточек в его адрес только прибавилось, и в конце концов, не дождавшись заслуженной пенсии, Владимир Дерябин вынужден был покинуть стены университета.

Одно время он преподавал в частном колледже, но полученная в родном вузе тяжелая душевная травма так и не зажила, не давала ему спокойно жить и работать. И тогда Владимир Евгеньевич распрощался со столичной жизнью, продал московскую квартиру, уехал в свой дачный домик, перестроил его на манер деревенской избы для зимнего проживания и окончательно приобрел статус сельского жителя.