Заискивающие мужские голоса ласкали меня, перекрывая плеск волн за бортом:

- Мисс Овчинникова! Мы вас ждали! Можно вашу ручку? Как прошел перелет?.. Вам что-нибудь нужно?

- Хочу капуччино со сливками и коньяком. К нему бы неплохо бисквитных пирожных, жареную куропатку, лангустов и пару миллионов долларов - для безбедного существования.

Над палубой повисло неловкое молчание.

- Пары миллионов у нас нет, - серьезно произнес кто-то.

- Это шутка, - виновато сказала я.

Никто даже не улыбнулся. Чего они такие закомплексованные?

Большинство лиц на суденышке были мне знакомы. Сплошные археологи! Человек пять-шесть. Университеты Стокгольма и Готланда. Шведы. Что их вынудило залезть на эту тесную шхуну и отправиться в морское путешествие? Раньше я часто видела их в шахтах, траншеях и шурфах. Что же они собрались копать здесь, посреди океана?

- Ладно, ребята, что случилось-то? - спросила я, отдавая тяжелые сумки в протянутые руки. - Что за спешка? Никак Атлантида поднялась из пучины?

Вызов на борт "Мёльде" показался мне весьма странным. Как городской трамвай у перрона Ярославского вокзала.

Моя профессия - скалолаз-лингвист, и это не шутка. Нет, я не монтирую рекламные плакаты на столбах и высотных зданиях. Я выполняю перевод древних надписей, которые встречаются на скалах и античных храмах. Основное время работаю в архиве государственных актов, но иногда, когда археологи в какой-нибудь части земного шара натыкаются на старинный текст, до которого со стремянки не добраться, вызывают меня. Передают описание места, фотографии, чтобы я собрала нужное снаряжение. Высылают приглашение для получения визы. Ну, дальше покупаю авиабилет, лечу в указанную страну. В аэропорту меня встречают, везут на раскопки...

В этот раз сборы и перелет прошли в паническом хаосе. Все закрутилось после короткого непонятного звонка доктора Эрикссона. Обрывистые, сбивчивые фразы. Ни толики информации - что, куда, зачем? Не говоря уж о фотографии места исследования.