- А я сделал, - усмехнулся Мартел.

Веселость Люси была явно наигранной, когда она предложила:

- Пойдем, милый, развлекаться. У нас в холодильнике лежит почти все, что ты любишь. И у меня, кроме того, есть две пластинки с новыми запахами. Я пробовала их сама - и даже мне они понравились. А ты знаешь, как мне нелегко...

- И какие же они?

- Что какие, милый?

Мартел положил ей руку на плечо и увел из комнаты. (Он чувствовал землю под ногами, запахи жизни, не было скованности и неуклюжести. Как будто обращение стало реальностью. Как будто ему приснилось в кошмарном сне, что он хабермен.) Но он был хаберменом и сканнером.

- Ты знаешь, Люси, что я имел в виду... Эти новые запахи... Который из них тебе понравился?

- А-а-а, - протянула она, - по-моему, это бараньи отбивные. Удивительная штука.

- А что это - бараньи отбивные?

- Подожди, сейчас я включу. А ты попытайся вообразить, что это такое. Кстати, этому запаху много сотен лет. О нем узнали из очень старых книг.

- А бараньи отбивные, они из мяса животного?

- Я тебе не скажу. Подожди. - И она засмеялась.

Усадив Мартела в кресло, жена расставила перед ним тарелки с его любимыми блюдами. Потом включила музыку. Он напомнил ей об обещанных новых запахах. Тогда она достала длинные стеклянные пластинки и вставила одну из них в смеллер.

Странный, пугающий и возбуждающий запах разнесся по комнате. Ничто в мире не могло с ним сравниться. Он что-то напоминал ему. Рот Мартела наполнился слюной. Пульс участился. Ему пришлось сканнировать свой сердечный подблок. Что же это за запах? Пародируя хищника, Мартел сгреб Люси в охапку, заглянул ей в глаза и прорычал:

- Скажи мне, любимая! Скажи! Не то я съем тебя!

- Все правильно.

- Что правильно?

- Я говорю, что ты прав. Тебе хочется меня съесть, потому что это мясо.

- Мясо? Но чье?

- Не человека. Животного. Люди когда-то ели его. Это барашек. Молодая овечка. А ведь ты видел овец у диких, помнишь? Так вот. Отбивная готовится из серединки. Отсюда! - И она показала себе на грудь.