После окончания школы я вдруг стал замечать, что, насколько резво зашагал по жизни Фернан, настолько же медленно продираюсь по ней я. Гомеша приняли в Московский университет на факультет гипнологии, он уже считался подающим надежды дискавером, а я все еще плыл по течению, не имея ни сил ни желания выбрать свою дорогу, перепрыгивал с одной работы на другую, не задерживаясь нигде более полугода, пока не оказался в Управлении. Впрочем, это произошло уже после того, как мне поставили блок.
Фернан был против блока, он несколько месяцев разъяснял мне, как много я потеряю, заблокировавшись от него, но Виктор Камов впервые в жизни сумел надеть на себя маску решительного и неумолимого. И Фернан отступился.
Когда блок поставили, я наконец почувствовал себя свободным человеком. Исчезла тяжесть, столько лет давившая на меня, словно оторвали ненавистного вампира, ежесекундно сосущего мою кровушку. Фернан отдалился, мы перестали с ним даже перезваниваться, но это меня абсолютно не огорчало, поскольку я неожиданно для самого себя осознал, что всегда ненавидел его. Освобождение от пресса вселенской ненависти наполнило мою душу покоем, все сразу стало получаться, я перестал чувствовать себя неудачником и с удовольствием, какого никогда прежде не испытывал, окунулся в жизненные хлопоты.
Фернана я совсем потерял из виду. Лет через пять услышал, что близнец мой сделался выдающимся дискавером, и полученная информация вполне меня удовлетворила.