– Здесь, должно быть, кроется какой-то подвох, — сказала Вай. — Не верю я в золотые горы, плавающие в космосе и ждущие, чтобы их заарканили.

– Напрасно сомневаешься, — возразил Роман. — Ты сама видела Дорады. Почему бы и другим элементам не существовать в том же виде?

– Не знаю. Просто не верю в простые способы разбогатеть.

– Потому что ты пессимистка.

– А что ты сам об этом думаешь, Марк? — обратилась она к капитану. — Что подсказывает твоя хваленая интуиция?

– Насчет экспедиции — ничего. Меня больше тревожит Антонио Рибейро.

– Действительно, очень подозрительный тип, — согласилась Кэтрин.

– Зато Виктория Клиф производит впечатление здравомыслящего человека, — сказал капитан.

– Странное сочетание… — пробормотал Марк. — Плейбой и астрофизик. Не представляю, как они спелись.

– Оба — уроженцы Соноры, — подсказала Кэтрин. — Я просмотрела местные базы данных и получила подтверждение: оба родились здесь. Земляки, так сказать.

– А как у них насчет конфликтов с законом? — поинтересовалась Вай.

– Никак. Антонио за последние семь лет трижды судился, все по поводу налогов, и каждый раз расплачивался.

– Терпеть не могу платить налоги! — подал голос Роман.

– Тяжбы с налоговым ведомством — обычное занятие богачей, — заметила Вай.

– Он не так уж богат, — возразила Кэтрин. — Я ознакомилась со списком почетных граждан Соноры. Рибейро-старший нажился на разведении рыбы: приобрел у корпорации по развитию астероида лицензию на заселение вод. В 21 год Антонио получил 15 процентов акций фирмы, которые тут же продал за 800 тысяч долларов. Папаша продажу не одобрил, скандал выплеснулся в прессу.

– Выходит, он тот, за кого себя выдает: середнячок с запросами миллионера, — подытожил Роман.

– В таком случае непонятно, как он может оплачивать магнитные детекторы, которые мы должны развернуть, — сказала Вай. — А если он смоется, повесив на нас неоплаченный счет?