— Мне кажется, что сейчас мы делим шкуру неубитого медведя, — заметил Фролов. — Для начала надо разобраться, действительно ли она так ценна, как мы думаем.

— Ученые от объекта в восторге и высказывают большие надежды. Вообще, как мне доложили, экипаж походил на людей. Будем надеяться, что их технику мы сможем понять. Но вы должны во всем разобраться на месте. Сразу информируйте меня обо всем. Еще добавлю, что это дело находится под контролем ЦК. Надеюсь, вы оправдаете доверие, возложенное на вас.

Мы согласно закивали.

— Очень хорошо. Самолет вас уже ждет. Отсюда вас доставят на аэродром, а там прямо на базу. За пределами этой комнаты до тех пор, пока не прилетите на место, вы не имеете право обсуждать это дело. Никаких намеков, никаких разговоров. Американцы тоже знают о падении корабля и ведут его поиск. Правда, они не знают точного места. Мы, чтобы отвлечь их внимание, тоже ведем поиски. Однако они резко активизировали деятельность своей разведки у нас. Прошу это учесть.

В это время я рискнул задать вопрос, который мучил меня давно:

— Ведь этот инопланетный корабль будут изучать лучшие ученые?

— Конечно. Мы нашли самых лучших специалистов во всех областях науки. А что вас встревожило, лейтенант?

— Товарищ генерал, — обратился я к Крючкову. — Американцы ведь будут наблюдать за нашими учеными. Исчезновение стольких выдающихся умов должно их встревожить. Думаю, они очень быстро поймут, в чем дело.

Крючков одобрительно кивнул.

— Молодец, что сообразил. Но мы над этим уже думали. Так что не переживай, нами уже приняты все меры. О конкретных деталях операции вам, если сочтет нужным, сообщит генерал-майор Фролов.

Еще несколько вопросов были заданы моими новыми знакомыми Веселовым и Велицким. Отвечал в основном Крючков, иногда вставлял свое слово Фролов. Я же старался говорить поменьше и только внимательно слушал все ответы, стараясь уяснить для себя некоторые детали. Наконец, все вопросы были исчерпаны.