Чтобы не расхохотаться, он зажал себе рот ладонью. Честно признаюсь, что в этот момент я возненавидел Беленова. В поисках поддержки я посмотрел на Фролова. Тот с улыбкой посмотрел на меня и подмигнул, а потом прижал палец к губам. Странно, но мне почему-то от этого стало легче. И, следуя совету Фролова, я воздержался от едкого высказывания, которое вертелось у меня на языке. Беленов, кажется, ничего не заметил, или, что, скорее всего, просто не обратил на нас внимания.

— Мы заинтересовались этим феноменом и провели еще несколько опытов. Не буду о них рассказывать, — Беленов покосился на Фролова, — скажу только результат: в любых обстоятельствах вес объекта оставался постоянным.

— И чем вы это объяснили? — спросил Фролов. Странно, но вопрос генерала, хотя он и перебил академика, не разозлил того, а обрадовал.

— Конечно же, антигравитацией. Мы уже разобрались, что двигатели корабля тоже используют принцип антигравитации, хотя еще не совсем понятно каким образом. Автоматика же корабля поддерживает постоянный вес в 421 килограмм. Этот показатель остается неизменным, даже если мы все заходим на корабль или покидаем его.

— И что это нам дает?

Беленов снисходительно посмотрел на Фролова.

— Это дает нам власть над гравитацией. Только представьте себе: космические корабли выводят на орбиту практически без затрат топлива любой груз, самолеты можно будет сразу отправить на свалку. Антигравитационные корабли будут намного надежней и эффективней. Более того, как я уже говорил, их двигатель работает на том же принципе, и если мы поймем принцип его работы, то перед нами откроется вся Вселенная. Сбудется вековая мечта человека, и он полетит к звездам. А новые источники питания? Вы знаете, что по нашим оценкам одного реактора с этого корабля достаточно, чтобы обеспечить энергией миллионный город. Не будет нужды строить огромные гидроэлектростанции, канут в прошлое станции работающие на природном топливе, исчезнут излишне опасные атомные станции.