Делая знак Кверону, чтобы тот следовал за ним, монах двинулся через двор по направлению к часовне.

— Имя нашего аббата — брат Кронин, — отозвался он. — Меня зовут брат Тирнан. А ты…

Кверон, которому прежде называли имена нескольких здешних монахов, незаметно использовал Чары Истины, чтобы убедиться, что ему говорят правду, и лишь тогда окончательно успокоился. У дверей часовни он потоптался на деревянных ступенях, чтобы отряхнуть снег, облепивший сапоги.

— Меня зовут Киневан. Кверон Киневан. Мне кажется, вас должны были предупредить о моем приезде.

Обернувшись, монах встал спиной к дверям и испытующе уставился на Кверона.

— О, да, нам сказали, что должен приехать некий гавриилит, и навали его имя, — произнес он негромко. — Но я не вижу здесь гавриилитов.

— Не столь давно я был аббатом… другого ордена, — прошептал Кверон, не желая поминать святого Камбера, пока окончательно не удостоверится, что это безопасно. — И не ношу гавриилитскую рясу уже многие годы.

— Однако, насколько мне известно, гавриилитов отличает не только цвет их одежд, — продолжал настаивать монах. — Есть еще одна особенность, и пренебречь ею невозможно. Можешь ли ты иным образом доказать, что ты именно тот, за кого себя выдаешь?

Кверон позволил себе кривую усмешку. А он смельчак, этот брат Тирнан! Не всякий человек решился бы подступиться с подобными требованиями к незнакомому Дерини. А монах желал узнать, что стало с его косой — тема, совершенно запретная вне Ордена… но, похоже, сейчас это было неизбежно.

— Полагаю, тебе ни к чему демонстрировать все, на что я способен, — тихо вымолвил Кверон, извлекая из поясного кошеля свернутую косу. — И все же вот этого должно быть достаточно, чтобы успокоить тебя на мой счет. — Он показал свое сокровище онемевшему монаху. — Достаточно доказательств? Увы, но прическа могла выдать меня, сохранить ее не удалось. Прикасаться не советую — но поверь, это мои волосы.