После перерыва неожиданно объявили, что сегодня выдадут часть зарплаты за июль.

Васька Фокин в черных очках подошел к обеденному столику Лехи и шепотом сообщил, что старый директор продал коттедж в пригороде и дачу в Крыму.

— Говорят, за бывшего главбуха тоже взялись, — добавил он многозначительно и поправил очки.

Леха полтора часа отстоял в очереди и получил на руки семьсот рублей с мелочью. Не густо, конечно, но хоть какие-то деньги!

— Гуляй, крестьяне! — проговорил с улыбкой, проходя в свой офис, новый гендиректор в сопровождении двух замов-телохранителей.

Общага гудела ульем, все обсуждали новость. Утром вернулся из загула Коля Исенко, и Сечкина ему тут же нажаловалась на соседей — Макарова и его приятеля Белкина. Колян, очень злой, потому что не успел похмелиться, сразу же пошел на разборку в комнату к «студентам». Но «студенты» тоже были с бодуна, а потому быстренько расквасили Коляну клюв и выбросили грозу общаги в коридор.

Колян долго ругался под дверью, после чего побежал жаловаться «корешкам» с ближайшей пивнухи. Корешки заявились в количестве шести человек и вызвали «пацанов на разборку». «Пацаны» забаррикадировали дверь и куда-то позвонили, очень быстро приехали два амбала: Леша и Андрюша в костюмах и галстуках. Амбалы быстренько сложили Колиных «корешков» в аккуратную поленницу, а самому Коле набили правый глаз.

Тогда Коля побежал за каким-то авторитетом. Авторитет прибыл ближе к вечеру на тонированной, но старенькой «ауди» в сопровождении двух растатуированных урок и «забил студентам стрелку». «Студенты» опять куда-то позвонили по мобиле, и приехал какой-то милицейский подполковник по фамилии Волков с двумя омоновцами на «уазике». Омоновцы деловито уложили урок мордой в пол, после чего, слегка потоптав, заперли их в багажнике «аудюхи», в которой к тому же побили все стекла. «Тонировка у нас запрещена», — объявил один омоновец очень серьезно. Авторитета сковали наручниками и запихнули в «уазик». Самому же Коле набили левый глаз и постучали дубинками по почкам.