Огненное кольцо катастрофически сужалось.

Войдя в кафе, где его должна была ожидать Марта, Марк равнодушно посмотрел по сторонам: обыденные пыльные лица. У многих отчетливо видны следы тщетной борьбы с паутиной: у кого неожиданной серебристой нитью в тусклых пыльных волосах; у мужчин - серыми островками на лице, создающих иллюзию плохо выбритой щетины; у женщин - неожиданным безобразным серым швом на элегантных туалетах.

Марк наконец заметил Марту и медленно побрел между столиками, с трудом переставляя ноги, словно все еще преодолевая сопротивление невидимой паутины.

- Здравствуй, - не поднимая глаз, тихо сказала Марта.

Марк вяло кивнул и, сев за столик, равнодушно стал жевать, остывший уже завтрак.

- Ты неважно выглядишь сегодня, - осторожно сказала Марта, бросая украдкой на Марка взгляд полный тихой печали.

Марк нехотя пожал плечами. Есть совершенно не хотелось. Марк отодвинул тарелку и, взяв чашку, отхлебнул жидкий и безвкусный кофе.

- Мне показалось, что сегодня паутина была не такая прочная, как вчера, - сказала Марта.

Марк вновь пожал плечами, хотя и считал, что как раз сегодня, паутина была прочна, как никогда.

Марта с тоской смотрела на свои руки, безвольно покоящиеся на коленях.

"Наверное я должен, что-то сказать", - тупо подумал Марк, - "ведь она, собственно, ни в чем не виновата..."

Безумный жар делал мысли вязкими, словно медленно плавящийся сахар, с таким же тошнотворным приторно прогорклым привкусом.

На углу 7 и 13 улиц они расстались...

Марк постоял еще несколько мгновений, глядя вслед удалявшейся сутулой фигурке, зябко поежился и побрел в противоположную сторону.

На душе было гадко пусто и гулко, словно на загаженной за день безлюдной ночной улице. Марк вдруг понял, что сегодня идти на роботу он не в состоянии. В ушах все еще звучал хруст рвущейся паутины.

Марк по инерции завернул в ближайший бар и заказав коньяк забился в самый плохо освещенный угол.