— Что рассказать? Кто идёт? — спрашивает он.

Манлариен вздыхает, опускает голову, Теллаирани неожиданно грустно улыбается.

— Это так сложно, а ты такой маленький… — говорит она, снова проводя рукой по его волосам. — Понимаешь, люди… Они… Вы сейчас проходите свой путь. И каждый раз, когда вы оказываетесь на краю катастрофы, по всему миру собираются… Советы.

— Зачем? — шепчет Маська, кутаясь в одеяло. Ему зябко и снова страшно.

— Чтобы решить, достойны ли вы идти дальше или… окажетесь всего лишь… — Она замолкает, вздыхает и оканчивает: — Неудачной ветвью эволюции.

— А вы? — шепчет он, хватаясь за руку Манлариена. Рука тёплая и сильная, и Маське становится не так жутко от всего этого безумия.

— А мы свой путь уже прошли, — отвечает юноша.

— Тогда что же вы здесь делаете? Почему позволяете людям… — Маська запинается, потому что не знает, как выразить все те чувства, что вспыхнули в душе.

— Мы… — говорит Теллаирани, улыбаясь мягкой кошачьей улыбкой, — мы отдаём свои долги.

— Людям? — удивляется мальчик.

— Всем, — смеётся Теллаирани. — По большей части друг другу…

— За людьми мы скорее присматриваем, ну и помогаем по возможности… — добавляет Манлариен.

Маська набирается храбрости заглянуть в чёрные провалы его глаз. Они на удивление добрые, мягкие и немного грустные.

— Значит, вы… всё время… всё знаете? — изумлённо спрашивает он.

— Нет… — снова вздыхает Манлариен. — От такой пытки мы избавлены и вместо этого наделены различными инстинктами, ну и… материальным мозгом в той или иной степени.

— Мы всё вспоминаем только в такие вот ночи. А потом снова забываем… — прибавляет Теллаирани.

На улице что-то происходит: звуки, шорохи, шаги… Маське кажется, что он замечает, как поворачивается на голове Теллаирани чуткое кошачье ушко…