И она исчезла, а глаза Даяны засверкали неудержимом торжеством. Вот Тео переместил в её сторону граненый купол зонтика - и это смело можно считать символом. Я слишком самонадеянна? Что ж, у меня есть все права быть такой!
Надо только, немножко выждать. Чуть-чуть. Чтобы он не уловил явной связи её слов с отсутствием его жены, чтобы его не покоробила эта связь... Сейчас...
Тео стоял совершенно неподвижно и, опустив светлые невыразительные ресницы, сосредоточенно следил, как мокрый снег, родившийся из дождя, медленно и беспорядочно залепляет его ботинки. И вдруг он заговорил.
- Вы очень красивая женщина, Даяна, - неужели ей только почудилась неподдельно-восхищенная интонация в его голосе? - И очень умная. И... слишком сильная.
- Слишком?
Тео совсем смешался.
- Вы замечательная, - наконец выговорил он.
Маленькая фигурка выскользнула из-за поворота.
- Я все. Идемте.
Даяна повернула голову ей навстречу...
На мокром снегу за этим поворотом не было следов.
Что ж, стоило шептаться в коридоре! Она чуть было не купилась на
нехитрую шутку наивных заговорщиков... Чуть запоздалый - но ответ:
- Что вы, мнение мадам Теодор обо мне слишком лестно.
- В Антарктиде холодает , - парировала маленькая женщина на железном стержне. - Снег не испортит ваших мехов.
- Вы правы, - а он молчит, она не успела, безнадежно не успела! Всего вам хорошего, Теодор... мадам Теодор. Надеюсь, вы запомните эти Состязания.
Он запомнит и эту прощальную улыбку - самую ослепительную, искрометную, страстную, влекущую. Запомнит навсегда - ведь они больше никогда не увидятся...
Они никогда не увидятся! Нет, так нельзя! Даяна шла все быстрее, и снег поскрипывал под каблучками вечерних туфелек. Этого нельзя допустить, ведь она влюблена, влюблена впервые в жизни, это нельзя так просто отбросить, выпустить из рук, отдать другой, посторонней и недостойной женщине. Надо, надо, надо что-нибудь придумать! Она не замечала, что поселок давно остался позади, что ветер и снег победили дождь, и в лицо уже бьет настоящим непроглядный буран. Ее стремительные шаги задавали темп мысли, и ничего уже не существовало вокруг, кроме цели - четкой, ясной, но почти недостижимой, как когда-то южный полюс...