Илья Муромец, молча отвязал мешок от седла, смахнул со стола блюда позолоченные, да кубки серебряные, вытряхнул на стол Соловья Разбойника. Могуч был Соловей Разбойник, дубовый стол под ним сразу же проломился. Сидит Соловей разбойник посреди обломков, ушами по плечам хлопает, шипит по змеиному, руками еду с земли подбирает, да в рот себе запихивает.

- Это что за гадость?! - закричал князь.

- Это Соловей Разбойник, - отвечает Илья.

- Если ты не врешь, заставь его засвистеть, - приказал князь.

Тряхнул Илья Соловья за шиворот, велел ему засвистеть в полсвиста. Озирается Соловей разбойник, но молчит, только шипеть продолжает. А вокруг уже все смеются над Ильей Муромцем. Обиделся Илья окончательно.

- У вас, - говорит, - по одежке встречают. Не с руки мне тебе, князь, служить, если ты простого мужика уважать не желаешь.

Засунул он Соловья Разбойника обратно в мешок, бросил на седло, коня взял под уздцы и пошел с княжеского двора. А князь кричит ему вслед:

- Стража! Закуйте его в цепи! Бросьте в погреба темные!

Наскочила на Илью стража княжеская, он только плечами повел, они с него и посыпались, как осенний лист с дерева. Вышел он за ворота городские, встал в чистом поле, вытряхнул Соловья из мешка, говорит ему:

- Свисти, лопоухий, в полный свист, свисти на палаты княжеские, на терема его. Свисти, или голову отрублю.

Испугался Соловей Разбойник, заложил пальцы в рот, раздулся, как пузырь и засвистал самым сильным своим посвистом. Поднялась буря ужасная, терема княжеские пошатнулись, колокола на колокольнях сами собой перезвон устроили. Даже стены городские ходуном заходили. Выбежали стражники княжеские, их обратно ветром в ворота забросило. Народ по улицам мечется, князь с княгиней под стол спрятались.

Кричит князь Алеше Поповичу и Добрыне Никитичу, чтобы поехали они, Илью угомонили, в погреб на цепь посадили.

Отказались богатыри Илью Муромца на цепь сажать.