- Ура тостеру! - гаркнуло радио.

- Уррра! - поддержали его остальные члены экипажа.

Однако боевые тостеры и прочие электроприборы, стоявшие на плацу по стойке "смирно", хранили молчание.

Тишину нарушил раздавшийся из-за спины тостера утробный хохот. И тут тостер понял, что марсианские электроприборы глядят с таким изумлением вовсе "не на него, а на полосатую громаду ало-желтого цвета позади трибуны.

- Тебя в президенты? - усмехнулся Верховный Главнокомандующий. - Да ты ведь даже не гражданин планеты.

- А это что? - воскликнул тостер, показывая ему удостоверение.

- И не "Попьюлукс", - прибавил адъютант-морозильник.

- Я не считаю, что торговая марка электроприбора может иметь какое-то значение. По крайней мере, на Земле такого нет. Там сотни различных марок, но главное - как ты работаешь, а не кто тебя изготовил.

- Ты... ты... - холодильник раздраженно зафыркал. Он хотел произнести слово "оспариваешь", но выговорил "ошпариваешь" что, как он догадывался, не совсем соответствовало истине.

- Да, я утверждаю, что ваши выборы - нечестные! - воскликнул тостер. - Я утверждаю, что вы испугаетесь дискуссии со мной! Дискуссии, которая будет передаваться по радио, как сегодняшняя церемония, которую услышат во всех учреждениях, цехах, спальнях и на военных постах!

- Генерал, - обратился Верховный Главнокомандующий к морозильнику, заберите этого маленького...

Однако, прежде чем он успел отдать команду, на трибуну вспорхнула Серпантина. Она завладела микрофоном.

- Электроприборы Марса! - напевно произнесла она. - Всегда ли наши выборы были честными?

- ДА! - откликнулись бойцы МОАП.

- Боится ли чего наш Верховный Главнокомандующий?