Давайте коробку, и можете вколотить хоть фунт гвоздей в один ботинок. У меня нет времени на хныканье и споры. Папочка еще не оправился от того, что я сказал о Денни. У старика не осталось сил для борьбы, и он отступил. Странно, но я почувствовал себя так, словно в чем-то виноват. Будто я доставил ему неприятность лишь для того, чтобы потешить себя. Я не хотел усугублять это неприятное чувство и во всем остальном позволил папе Тейту поступать так, как ему заблагорассудится. Забавно, как иногда удается самому сделать с собой то, чего не позволил бы никому другому. Я откинулся на спинку стула и следил, как с потолка сыпалась пыль от шагов следующего посетителя. Появился кузен с ланчем и пивом. Я был занят едой, когда дядюшка Лестер притащил внушительных размеров денежный мешок и большую плетеную корзину с крышкой. Залпом прикончив пиво. я вытер губы тыльной стороной ладони. - Что вы думаете обо всем этом, дядюшка Лестер? - Не мне говорить об этом, - ответил он, пожимая плечами. - Почему, же? - Ммм... хрм... Как будто у них тут скотный двор - все мычат и хрюкают. - Вы читали это? - Да. - Ваше мнение? - Похоже, Денни вляпался. Впрочем, вам лучше знать... - Вляпался. И при этом выступал не как профессионал, а как любитель, черт бы побрал этих новичков, которым везет. Вы догадывались, что он влип во чтото? - Ни на йоту. Если не считать писем этой женщины. Их вечная переписка казалась мне странноватой. Не очень естественной. - Вот как? - Мальчик - мой родич, кроме того, он умер. Никому не хочется говорить плохо ни о родственниках, ни тем более о покойниках. Но этот молодой человек был немного странным. Вечно был один, пока не отправился на войну. Бьюсь об заклад, это была его единственная женщина за всю жизнь. Если, конечно, была. Вернувшись домой, он ни на одну не смотрел. - Быть может, скрещивался с другими видами? Лестер в ответ хрюкнул и облил меня полным презрения взглядом, как будто я ничего не знаю о Тейтах, об эльфах и обо всех гибридах, которых полно развелось.