Пошатываясь, Болард вышел за дверь, но затем обернулся, и, вскинув кулак в сторону Усхора, взревел с бешенством и ненавистью:

— Я найду Кольцо, волшебник — клянусь, я найду его!

Усхор не шевельнулся и не ответил.

— Я найду его! — слова оборвались в вопле страдания; неверными шагами Болард вышел из зала, всхлипывая и сыпя проклятиями.

Темной, одинокой фигурой Усхор недвижно продолжал стоять на возвышении трона; вокруг клубился дым, а его тень темным пятном лежала на телах, вытянутых на каменных плитах.

Волшебник молча поднял правую руку; в зале стало темнее, и из глубоких теней поползли приземистые, черные как сажа фигуры, похожие на горбатых карликов с остроконечными ушами и сверкающими зелеными глазами. Не издавая ни звука, они схватили мертвые тела и утащили их прочь, в темное царство теней.

Факела ярко вспыхнули, и в зале стало светлее. Ничто не указывало на недавнее присутствие мертвых тел и сгорбленных карликов.

Усхор спустился с возвышения и подошел к серебряному зеркалу. Пристально глядя на его поверхность, он злобно прошипел:

— Кольцо. Покажи мне Кольцо. Где Кольцо? Все без толку. Древние служители Энкату спрятали Кольцо слишком хорошо, слишком тщательно в течение многих лет скрывали его с помощью защитных заклинаний. И Усхор, который лишь недавно пробудился от многовекового сна, пока еще обрел слишком мало волшебной силы, чтобы сломить эту магическую защиту.

— Покажи мне Кольцо!

Он ухватился когтистыми пальцами за края зеркала. Его глаза горели яростней, чем в те мгновения, когда он убивал солдат Боларда. Тело сотряслось в ужасной судороге — он сконцентрировал усилия и попытался еще раз разрушить древние чары, прячущие кольцо Энкату.