— Сейчас будет кофе, — крикнул из кухни Флеминг.

— Тебе помочь? — справился Кларк.

— Нет, лучше зажги пока керосиновые лампы.

Теплые красные кончики солнечных лучей уже соскальзывали со стола, и комната начинала темнеть.

Шелтон, раскурив трубку, протянул Кларку свою зажигалку:

— Никогда не зажигали такие лампы? Там сбоку маленькая щелка. Поднесите к ней огонь, а потом покрутите колесико и отрегулируйте пламя.

Кларк повозился несколько секунд с лампой над столом. Узорчато оправленная резной бронзой, она была подвешена к потолку на таких же узорных бронзовых цепочках.

Неожиданно огонь под стеклом загорелся длинным ярким языком, и в тот же момент солнечные лучи совсем покинули комнату. В ней сразу же возник новый мир теней и света, мягкий и немного таинственный. Кларку показалось, что развешанные по стенам звериные морды обрели живые выражения.

— Великолепно, — поощрил его успехи Шелтон, — а теперь еще эти. — Он указал на небольшие лампы по углам комнаты.

Кларк поочередно зажег каждую, света стало много, и окно в сторону леса превратилось в темно-синий прямоугольник, а во втором окне обозначился малиновой полоской уходящий закат. Стало слышно, как птицы и насекомые провожают его каждый своим звуком, сливаясь в живой переменчивый хор.

Шелтон глубоко затянулся и выпустил струю ароматного табачного дыма:

— Этот год на редкость удачный. Зверья расплодилось великое множество. Уток и тетеревов в два раза больше средней нормы. Кабанов — тоже чересчур. Молодняк мы будем поближе к зиме отлавливать и вывозить в другие заповедники, а взрослых матерых секачей надо бить, иначе они весь лес перепортят.

— С нами прилетел орнитолог из Бостона, — вспомнил Кларк, — расположился здесь неподалеку. Мне показалось, что он легкомысленно поступил, не взяв с собой оружия.