– Совсем, совсем неплохо! Нельзя, конечно, прямо сейчас с уверенностью сказать, в чью сторону повернется стрелка часов… Но шансов у тебя много. Они, конечно, все небольшие, но их много. Не умением, а числом, как говорится. В общем, завтра я иду на переговоры с издателем, а потом перезвоню тебе.

Когда дверь за ним закрылась, легкая волна паники пронеслась по поверхности моего сознания.

Господи, что же я ему отдал?!

И потом, что он имел в виду, когда говорил про стрелки часов?

Впрочем, человек, просидевший почти двое суток за работой, едва ли может думать о чем-либо слишком долго…

На следующее утро… или, если следовать основным принципам реализма, на следующий день меня поднял с постели звонок мистера Зоза.

– Все отлично! – бодро закричал он в трубку, словно пытаясь заразить меня свои оптимизмом. – Повесть взяли. Издатель в восторге! Он принял решение удвоить тираж втрое! Представляешь – втрое!

Честно говоря, я представлял себе это с трудом.

– И это только благодаря твоей повести! – не унимался мистер Зоз. – А когда издатель дочитал до того места, где ты убиваешь героиню, он просто…

– Я… убиваю… кого? Прости, я еще не совсем проснулся, поэтому сейчас воспринимаю все несколько… несколько…

– Ну когда твоя героиня замерзает, а ты еще выводишь такую прочувствованную сентенцию страницы на три о том, что на самом деле в ее гибели виновато не столько колдовство Рэдноуза, сколько общая безысходность, которая…

– Постой, постой, – не слишком вежливо перебил я. – Так она что там, умирает?!

– Ну, ты и шутник! – добродушно усмехнулась трубка. – Спроси еще, не оказывается ли мальчик, спасенный героиней, незаконнорожденным сыном колдуна. Или как Со Врас в финальном поединке убивает Рэдноуза при помощи золотой подковы…

– Золотой подковы? – как механический психоаналитик повторил я.

– Ну хорошо, хорошо, – успокаивающе сказал мистер Зоз. – Должно быть, ты и вправду еще не проснулся. Отдыхай пока. И… – Он выдержал эффектную паузу. – Готовься к новым подвигам! Я сейчас как раз обсуждал с издателем идею о двухгодичном контракте. Пока, конечно, ничего конкретного, но, как говорится – стучите и обрящете!