Рис тоже ее увидел, и Брэди краем глаза заметил, что этот большой мужчина прислонился к дверной раме и держится рукой за горло. Его явно тошнило.

– Боже мой, – простонал Рис, стараясь не вывернуться наизнанку.

Брэди сделал шаг вперед, и постепенно до него стал доходить весь смысл увиденного. Белые, блестящие, как бы отполированные кости, лежащие посередине комнаты, и было тем, что осталось от Рона Белла.

Брэди пришлось вспомнить, что он является инспектором по здравоохранению, и подойти так близко, как позволял ужасный запах, исходящий от останков. Комната напоминала покойницкую. Засохшая кровь пятнами покрывала стены, засохшая лужа вокруг скелета напомнила цветом ржавчины дверную ручку, за которую они недавно брались. Один невидящий глаз в черепной глазнице смотрел прямо на Брэди. Выхватив из кармана носовой платок, инспектор прижал его к лицу, но вонь проникала и через ткань.

На скелете все еще оставались кое-где остатки мяса, покрывавшие белизну костей легкой паутиной. Клочки волос свисали с того, что уже нельзя было назвать головой. Рот был открыт, обнажились испорченные зубы, нижняя челюсть была проедена насквозь и как бы беззвучно зевала – сухожилия, которые должны были управлять ею, исчезли. Часть носа осталась, единственная ноздря была забита сгустками крови.

Немного придя в себя, Рис посмотрел на Брэди, который все еще стоял нагнувшись над останками хозяина дома.

– Что могло с ним случиться, черт побери? – спросил Рис.

Брэди ему не ответил, он наконец заставил себя оторвать взгляд от скелета и посмотреть, что творится вокруг, на досках пола. Они впитали в себя кровь словно губка, но не это привлекло внимание инспектора. Какая-то слизистая субстанция, поблескивающая, как масло на поверхности воды в солнечный день, покрывала весь пол. Он заметил, что этим покрыты и останки хозяина дома.