Я усмехнулся. Битва при Шаи-Ра, на месте которой Тангрэйм пять лет спустя установил памятный столб, была на самом деле мелкой стычкой между гонгрцами и аркнурцами, которые в те годы никак не могли поделить Восточный Архипелаг. Правда, Тангрэйм тогда и в самом деле вооружил своих солдат пулевиками. Но что это были за солдаты!.. Жалкая сотня вчерашних крестьян, согнанных войной со своих отмелей, и с горя продавших себя в действующие войска, в надежде хоть раз полакомиться мясом. Никто из них не умел обращаться с новым оружием. Стволы пулевиков тогда делались не из железа, а из побегов каменной водоросли, и они взрывались в руках. Если бы на другой стороне были бы настоящие солдаты, а не такие же бедолаги, только с арбалетами, от тангрэймова воинства не осталось бы и волоска.

Впрочем, после этого сражения горючий порошок из белых водорослей резко поднялся в цене.

- Я знаю, о чём ты думаешь, - теперь уже усмехался Тангрэйм, - но то сражение и вправду меня научило кое-чему. Например, тому, что солдатом может быть любой человек, у которого в руках пулевик. Конечно, потери велики... но приемлемы.

Я почему-то вспомнил, что ветераны ласково звали Тангрэйма "мясником" - после каждой битвы войска могли неделю не вспоминать о чёрных водорослях.

- Люди никогда не перестанут воевать, - заключил Тангрэйм жёстко. Или они перестанут быть людьми.

Мне пришлось снова пожать плечами.

- Возможно, - я не стал спорить. - Церковь учит, что сюда, в наш мир, отправили всех преступников, которые совершали разные злодеяния, особенно же тех, кто убивал людей.

Тангрейм прищурился.

- Их не казнили, а только сослали? Вместе с женщинами, чтобы дать им возможность оставить потомство?

- Да, - ответил я, - но наши Судьи, в своей великой милости, оставили возможность потомству согрешивших вернуться на Землю. Для этого они воздвигли Башню, и поместили в ней Святая Святых.