– Мы не знаем, – ответил Госсе, а Донг пояснил:

– Если бы вы не разломали в первую очередь ансибль-передатчик, мы могли бы получить такую информацию и, разумеется, наши сообщения повлияли бы на окончательное решение касательно статуса этой колонии, каковое мы и начали бы проводить в жизнь еще до возвращения корабля с Престно. Но из-за вашего бессмысленного вандализма, из-за вашего невежества в отношении ваших же интересов у нас не осталось даже радиопередатчика с радиусом действия больше нескольких сотен километров.

– Что такое ансибль? – Это слово, уже несколько раз повторявшееся во время переговоров, было для Селвера новым.

– AMС, – угрюмо ответил полковник.

– Нечто вроде радио, – высокомерно сказал Госсе. – Он позволяет нам осуществлять мгновенную связь с нашей планетой.

– Без задержки в двадцать семь лет?

Госсе уставился на Селвера:

– Верно. Совершенно верно. Ты многому научился от Любова, а?

– Что есть, то есть, – вмешался Бентон. – Любовский зелененький дружок! Разнюхал все, что мог, и даже сверх того. Например, что надо взорвать в первую очередь, где выставляются часовые, и как пробраться в арсенал. Они наверняка поддерживали связь до последней минуты перед нападением.

Госсе неуверенно нахмурился:

– Радж погиб. Все это сейчас не имеет значения, Бентон. Нам необходимо установить…

– Вы, кажется, намекаете, Бентон, что капитан Любов вел подрывную деятельность и предал колонию? – яростно сказал Донг и прижал ладони к животу. – Среди моих людей не было ни шпионов, ни предателей, они были специально отобраны на Земле, и я всегда знаю тех, с кем должен работать.