Дело в том, что он назначил своих сыновей соправителями, и для них были изготовлены похожие короны, но лишь с одним камнем, символизирующим одно из шести королевств. А вот в корону Амендора были вставлены шесть разных драгоценных камней. Это были камни-талисманы, связанные с традиционными цветами тех шести эльфийских кланов, что основали свои королевства. Синий цвет – это цвет клана морских эльфов Брэль, создавшего королевство Тир-на-Браэлле, соответственно, камнем был синий сапфир. У кланов Аиле, лесных эльфов и Феннахан, луговых эльфов, традиционными считаются зеленый и фиолетовый цвета – стало быть, в короне Алдера появились изумруд и аметист. Клан Меар, живший у границы северных снегов, считал своим священным цветом белый цвет зимы, и символическим камнем клана был бриллиант. Желтый топаз символизировал клан Сеидар, народ страны дюн. А вот клан Айонна, к которому принадлежал и сам Амендор, еще называли Красными или вересковыми эльфами, и камнем-символом Айонны стал рубин. Собранные вместе в короне Амендора, Камни Славы не обладали никакой магической силой, но обозначали вечный союз шести крупнейших эльфийских кланов. Наследники Амендора правили два тысячелетия, и все это время мой народ был единым. Но потом пришли времена Меча и Пламени, и Шестицарствие пало под натиском завоевателей. О временах Амендора и основания Шестицарствия сохранились только устные предания, скорее легенды, большинству из которых я бы не стал доверять. Хотя…

– Что «хотя»?

– Вспомнил кое-что. Если и есть какая-то достоверная информация о короне Амендора, то лишь в «Комментариях к делам минувшим» Ниммара Дарэля. Был такой историк во времена королевы Нуир-Эгатэ. Дарэль изучал легендарные времена Амендора и первых династий Алдера, так что вполне возможно, что в его комментариях удастся найти важные сведения о короне. – Доппельмобер поставил бокал на стол, вытер рот платком. – Идемте, я вам покажу свои книги…

Доппельмобер привел меня в свою библиотеку. Зрелище было внушительное – огромные шкафы до самого потолка были забиты книгами в переплетах и свитками, просто кипами бумаг. Пока я оглядывал все это книжное великолепие, Доппельмобер, кряхтя, втащил в библиотеку деревянную стремянку.