– Я что, в больнице? – спросил я. – Не в Скворечнике ли?

– Нет, это Цитадель святого Исаакия, – ответил бородатый. – Как твое имя?

– Леха, – сказал я. Волосы у меня зашевелились: я разглядел на поясе у крепыша автоматический пистолет в кобуре. – Цитадель святого Исаакия? Исаакиевский собор, так?

– Верно, – бородатый подошел ко мне, приложил к моей руке какой-то прибор. Видимо, что-то заподозрил. – Странно, но Ива права. Он действительно наш. Если только это не какая-то неизвестная нам новая разновидность.

– Я же говорила вам, – меланхолично заметила блондинка в халате.

– Ребят, давайте-ка попробуем разобраться, – сказал я, холодея и вполне осознав факт, что я опять провалился в какую-то альтернативную реальность. – Меня зовут Алексей Осташов. Я петербуржец, родился в городе на Неве второго мая тысяча девятьсот восемьдесят второго года в семье…

– Какого года? – Бородач тут же наставил на меня пистолет. – А вот с этого места поподробнее, если хочешь жить.

– Не стреляйте! – Я в ужасе замахал руками. – Погодите, послушайте… Я действительно родился в 1982 году. Жил в Колпино, а потом мы сменили квартиру и…

– Я так и знал, что он из виртуалов, – сказал парень с холодными глазами и щелкнул затвором пистолета.

– Постой, Сапсан, – сказал бородатый. – Давай-ка разберемся, прикончить его мы всегда успеем. Если он виртуал, то ведет себя как-то странно… Ты знаешь, какой сейчас год, парень?

– Понятия не имею. Когда я попал в вихрь, был август две тысячи восьмого.

– Т-а-а-к! – Глаза бородатого сверкнули. – Хочешь сказать, что с тобой что-то случилось в две тысячи восьмом году, и с того момента ты ничего не помнишь?