– Слона сперли, – сообщил он. – У герцогини. Хорошие дела!

Шон уже открыл было рот, дабы выразить свое возмущение, но тут возле них затормозил старый серый «Пежо» с откидным верхом, из которого выскочил очень неприятный тип со стеклянным глазом.

– Комиссар Горгонский, – скороговоркой представился он. – Кто такие? Почему собираемся? Документики? Откуда драконы?

Ромуальд объяснил ему ситуацию, после чего Горгонский немного расслабился и даже стрельнул у Шона сигарету.

– Что там со слоном, комиссар? – ковыряя в зубе спичкой, осведомился Шизелло. – Подозреваемые есть?

– Нетрадиционные кулинары! – твердо ответил тот и сел в свой антик. – Подпольная секта слоноедов, однозначно! Расследование в полном разгаре, виновные предстанут перед судом.

И, обдав присутствующих струей сизого дыма, умчался в сторону ворот.

– Так вот, – посмотрев ему в спину, произнес Ромуальд, – несчастные нетрадиционные кулинары тут, конечно, не при делах. И слон тоже.

– Вау, – удивился подошедший к компании Пупырь, – а кто ж тогда?

– О, – хмыкнул Шон, – Пупырь разговорился. То из него слова не вытащишь, то…

– Не в слоне, повторяю, дело! – перебил его Шизелло. – А в ожерелье, которое было на слоне. Этот олух комиссар, конечно, не знает и знать не может, но похоже, что один из камней ожерелья – довольно редкий и очень действенный амулет от запоров и потертостей. В одной старой книге мне приходилось читать, что подобные амулеты чаще всего размещали именно на слонах – как для защиты оных, так и, по большей части, самих хозяев. По крайней мере, из описания герцога… эх, узнать бы, как у слона обстояло дело с пищеварением! Но на слонюшню нас, разумеется, не пустят.

– Черт возьми! – вдруг вмешался молчавший до того Жирохвост. – Я тут в лесу двух белок услышал – ну, они болтуньи известные, так вот одна из них, очевидно, видела, как слона вели прочь из дворца.