— Только не в этой игре, — спокойно ответил Тембо Лайбон. — Вы делаете ставку или бросаете карты?

— Делаю ставку, — прорычал Аякс Второй, бросив на него злобный взгляд.

Герцогиня пододвинула к центру стола три драгоценных камня.

— Мало, — постановил Тембо Лайбон, осмотрев их. Она вздохнула, прижала маленькую золотую фигурку к губам и положила ее рядом с камнями.

— Я вижу вашу ставку и вновь поднимаю ее. — Сын человеческий передвинул к середине стола значительную часть своего выигрыша.

— Черт побери! — взревел Аякс Второй. — Вы же знаете, что больше у меня ничего не осталось.

— Это же не моя проблема, не так ли? — надменно бросил Сын человеческий.

Тембо Лайбон подождал, пока Аякс Второй успокоится.

— Вы делаете ставку или бросаете карты?

— Не бросаю. Я прошу взять у меня долговую расписку.

— Расписки не разрешены.

— Мы всегда возвращаем долги. Вы это знаете. Тембо Лайбон посмотрел на Железную герцогиню.

— Вы примете его расписку?

— Я, между прочим, впервые вижу его, — ответила она.

— А вы? — спросил он Сына человеческого.

— Я бы не хотел прослыть пессимистом, но какой толк от расписки, если получена она от человека, которого полиция может схватить до того, как он вернет долг?

Тембо Лайбон повернулся к Аяксу Второму:

— Вы все слышали.

Аякс Второй не отрывал взгляда от своих карт.

— Вы упомянули Елену.

— Только в шутку, друг мой, — ответил Сын человеческий.

— А я ее не упоминала, — добавила Железная герцогиня.

— Я не могу бросить карты. Сколько у меня времени, чтобы занять денег?

— Вы не имеете права покидать эту комнату, — твердо заявил Тембо Лайбон. — Я уже пошел вам навстречу, позволив заложить ваш корабль, хотя регистрационного талона у вас при себе нет. Вы ставите на кон только то, с чем входите в эту комнату. Для тех, у кого ничего не остается, игра заканчивается.