– Что это значит, Анита?

Прежде чем ответить, некромантка непринужденно допила вино и протянула бокал Грифону. Птицелев с почтением принял его и удалился, громкой цокая когтями по устланному циновками полу.

– Он блокировал мою лабораторию! – гневно выдохнула Анита. – Представляешь? МОЮ лабораторию! Я не могу теперь туда попасть! Кровь и демоны! Я как раз собиралась закончить работу над новым составом для мумифицирования тканей. Это прорыв! Если повезет, мои личи будут оставаться в отличной форме десятки, если не сотни лет, не разлагаясь в кисель и не превращаясь в груды пыли и дряхлого мусора. От злости я едва не спалила его любимые гобелены!...

Неожиданно она оборвала свою тираду и, посмотрев на меня так, словно я сказал что-то громкое и весомое, протянула.

– Хм... а ты здесь не для того, чтобы вправить ему мозги, Сет?

– Ты забыла сказать «Ублюдок». – едко вставил я, но Анита не услышала.

– Точно! Ты просто не можешь оказаться здесь случайно! С Кэр-Кадазангом происходит что-то неестественное... а ты ведь у нас большой спец по загадкам и таинственным гадостям.

Бледные губы Аниты выдали снисходительную улыбку.

– Вот уж никогда не думал, что доведется разгребать семейное дерьмо.

– Так! Вы трое – быстро выкладывайте мне, что здесь происходит! – командным голосом потребовала тетушка.

– Иди, проломи голову кому-нибудь и поразвлекайся, заставив его после смерти отплясывать для тебя что-нибудь веселое! – ядовитым голосом посоветовал Джад.

Рубиновые глаза Аниты вперли в него полыхающий взгляд, и Джад ответил ей не менее убийственным взором. Я б не удивился, если бы воздух между ними вдруг заискрился и начал сыпать молниями. Любви между этими двумя представителями Клана не было... то есть, ее теперь не было.