– Не Слотер, Сет. Слотеры! Эй, Морти! Входи, поздоровайся с папой!

На пороге моих апартаментов появился еще один человек. Ростом и шириной плеч он ничуть не уступал мне, но при этом был узок в талии, как танцовщица, а черты лица, хоть и носили сходство с моим, не были так жестко очерчены. В них чувствовались изящество и мягкость матери.

Морт Слотер хмуро кивнул мне вместо приветствия и остался стоять в дверях, демонстративно подпирая плечом косяк и заткнув большие пальцы за широкий ремень.

– Я тоже тебя люблю, сын. – пробормотал я, пытаясь собраться с мыслями. – Как Вера?

Он не позволял мне говорить при нем слово «мать».

– Не будем об этом, Сет.

Слово «папа» я от него тоже не слышал. Морт – принципиален. Может быть, повзрослеет, успокоится, станет более рассудителен, начнет понимать... Но в шесть с половиной лет трудно не быть максималистом, даже если ты выглядишь, разговариваешь и на первый взгляд ведешь себя, как тридцатилетний мужчина.

У каждого Слотера – свой Талант.

Есть он и Морта, хотя я до сих пор не решил, талант это или проклятье. Морт был с детства заложником Времени... Дитя парадоксов. Время гнало и подстегивало его организм, как призового скакуна. Для чего? Кто знает? Мой сын вырастал за год, как за пять лет, причем не только физически, но и умственно. Никто не знал, сгорит он за несколько десятилетий, или будет жить также долго, как все Слотеры (если, конечно, их не убивают). И сам Морт – тоже. Конечно, помимо стремительного развития, у Таланта Морта были иные грани: например, он мог форсировать время, ускоряясь в несколько раз в сравнении с любым обычным существом. Однако страх быстрой старости затмевал все преимущества...

Интересно, что должно было произойти в Уре Великолепном и Проклятом, чтобы Морт по доброй воле пришел ко мне искать помощи, а Джад предлагать за эту помощь деньги? Наверняка что-то плохое. Я бы даже сказал, что-то очень-очень плохое... Но что? Не мог же Кэр-Кадазанг рухнуть?