Приблизившись, мальчишка задрал рукав и продемонстрировал татуировку на предплечье – изображение кота, выгнувшего спину дугой. Встопорщенная шерсть торчала, точно иглы на спине дикобраза. Я кивнул, признавая в нем Котенка.

Мальчишка открыл, было, рот, но тут же захлопнул его и как-то жалко сморщился. Обычные люди до сих пор не могут разобраться с суевериями в отношении Слотеров. Кто-то считает, что с нами нельзя заговаривать первым; кто-то – что нас нельзя называть по имени; еще кто-то – будто ни в коем случае нельзя, разговаривая, позволить нам заглянуть в глаза ... но это все ерунда. Чего точно нельзя делать, так это здороваться со Слотером, заранее зная, что перед тобой именно Слотер. Только слабоумный вздумает желать здравия Выродку!

А кто не верит, может попробовать. Утром Мусорный Патруль подберет его высушенный мумифицированный труп.

Впрочем, смельчаков-правдолюбов находится немного. Если точно, то совсем не находится. Хотя бы потому, что какой дурак будет желать здоровья Выродку?!

– Говори.

– М-милорд, м-меня отправил П-помойный К-кот. – мальчишка начал было заикаться от волнения, но замолчал, сделал усилие над собой и продолжил уже более ровным тоном. – Возле ваших ап-партаментов уже с час крутится какой-то дворянин в сопровождении пяти верзил. Вооружены до зубов! Они уже разослали несколько посыльных с требованием отыскать вас.

Хм... клиент? Пять человек охраны – серьезно. Слишком много для какого-нибудь маркиза или графа.

– Экипаж видели? Какая корона, чей герб?

– Карета дюже богатая, но никаких опознавательных знаков на ней нету.

Я задумчиво потер подбородок. Особых проблем с деньгами сейчас не было, но заказы от денежных клиентов выпадают не каждый день. Не то, чтобы добропорядочные граждане в Уре Блистательном и Проклятом хоть на день прекращали изводить друг друга, насылая порчу, вызывая тварей из потусторонних измерений и поднимая из могил усопших родственничков, жаждущих расправы над неблагодарными потомками... Просто семейная фамилия отпугивает потенциальных клиентов.