- Этого еще не хватало! - возмутилась Мара.

- Представляю, как потирал бы руки Десио Минванаби, узнай он, что рабы уронили госпожу, - в первый раз улыбнулся Люджан, а потом предложил:

- Что, если одеть этих варваров как домашних слуг да отправить в подарок семейству Минванаби? Они успеют изрядно напакостить Десио, пока его первый советник прикажет их повесить.

Но Маре было не до шуток. Она поправила платье и вытащила из прически сбившиеся гребни. Все это время варвар не сводил с нее глаз. Через некоторое время он склонил голову набок, улыбнулся открытой улыбкой и заговорил на ломаном цурани.

Люджан обрушил на него поток брани:

- Пес! Презренный раб! На колени!

При этих словах один из воинов перехватил шест паланкина, а двое других скрутили невольника и бросили его в дорожную пыль. Их сильные руки пригвоздили его плечи к земле, но он все равно пытался что-то сказать, и тогда воин наступил ему на затылок.

- Как ты смеешь заговаривать с властительницей Акомы, грязный раб?! выходил из себя Люджан.

- А что он хочет сказать? - негодование Мары почему-то сменилось любопытством.

Люджан подумал, что ослышался.

- Не все ли равно? Он - раб и должен знать свое место. Если даже у него есть зачатки разума, его дерзость бросает тень на тебя, госпожа.

Мара держала на ладони черепаховые гребни, украшенные драгоценными камнями. Такие же драгоценности унизывали ворот ее наряда.

- Так что же он говорит? Я хочу знать.

Утирая пот со лба, Люджан неохотно ответил:

- Это ничтожество предлагает заменить оставшихся носильщиков тремя своими соплеменниками, поскольку они примерно одного роста.