– Девушка, я бы хотел приобрести кухонный гарнитур наподобие того, который у вас представлен на витрине.

Администратор посмотрела на Дмитрия тухлым взглядом.

– Все хотят гарнитур… Это югославский гарнитур, только по «спецоткрыткам»

Дмитрий понял, что мебели не видать как «своих ушей» – у них на телефонном узле подобные спецоткрытки не распространялись.

– Девушка, подскажите мне имя, отчество вашего директора? – настойчиво потребовал он начальственным тоном.

– Зачем это вам? – удивилась та.

– Вдруг мы знакомы, – улыбнулся Дмитрий как можно шире и подумал: «Ну, получишь ты у меня, пигалица!»

– Директора зовут Пётр Игнатьевич Дроздовский.

Дмитрий откланялся и вышел из магазина. На следующий день он предпринял вторую попытку и подошёл всё к той же администраторше.

– Рад приветствовать вас, барышня. Я хотел бы поинтересоваться как ваши финансовые дела. Видимо, после моего вчерашнего визита, примерно в 19.30, перед закрытием магазина, они и у вашего директора улучшились, примерно даже могу сказать насколько и какими купюрами, – сказал Дмитрий голосом героя-любовника.

Девица подпрыгнула на стуле, побелела как мел и, заикаясь, начала:

– Е-если вы не уйдёте, я вызову м-милицию.

– Да, да. Я этого и хочу. Вызовите, пожалуйста, тогда и вас и вашего Дроздовского лет так на пятнадцать запрут в местах не столь отдалённых.

Она поняла, что положение безвыходное и пошла к директору. Тот примчался сам через минуту:

– Товарищ, прошу вас ко мне в кабинет!

Дмитрий смерил взглядом администраторшу, та от перепуга выглядела как «бледная поганка», и с гордым видом прошествовал в директорский кабинет.

Через два дня в новую квартиру Малышевых привезли югославскую кухню с буфетом, жилой гарнитур с креслами, диваном, продолговатым овальным обеденным столом и шестью стульями. Ирина была в восторге. Теперь в Моспроекте все от зависти треснут, это уж точно!