Старое коричневатое солнце низко висело на западе, и длинные тени от Рейта, Треза и Юлин-Юлан растянулись по всему плато. Девушка нерешительно подошла к Рейту и Трезу.

— Куда вы все время смотрите? — спросила она. Рейт показал на преследователей. Зеленых кешей, сидевших на огромных скакунах, можно было различить уже и невооруженным глазом: они казались темной, прыгающей молью, приближавшейся с большой скоростью. Юлин-Юлан затаила дыхание.

— Они идут сюда… из-за нас?

— Я думаю, да.

— Мы сможем от них защититься? У вас вообще есть оружие?

— На борту есть пескоизлучатель. Если они после наступления темноты начнут карабкаться на скалы, то, может, им и удастся нам чем-то навредить. Но днем нам совершенно нечего беспокоиться.

Эти пескоизлучатели были очень действенным оружием. По электронной дуге песчинки вылетали почти со скоростью света и каждая песчинка при этом приобретала многократную массу и огромную пробивную силу. При попадании в цель такая песчинка производила сильный взрыв.

У Юлин-Юлан задрожали губы и она почти беззвучно произнесла:

— Если мне, в конце концов, суждено вернуться домой, я спрячусь в самом дальнем гроте сада Голубых Йадов и никогда больше не выйду оттуда. Если я вернусь…

Рейт попытался обнять ее за плечи, но она вся напряглась.

— Конечно же ты возвратишься и будешь жить точно так же, как и до твоего похищения.

— Нет. К тому времени уже другая станет Цветком Ката. Раньше она, наверное, завидовала мне, и теперь она не выберет Юлин-Юлан в свой букет.

Пессимизм девушки был для Рейта загадкой. Все предыдущие тяготы она переносила со стоическим терпением. Теперь же, когда появилась реальная надежда вскоре попасть домой, она стала такой мрачной. Рейт тяжело вздохнул.