Отсутствие геля для укладки волос диктовалось правилом номер восемьдесят девять.
ПРАВИЛО № 89: Никаких экстравагантных товаров домашнего обихода — включая (список может быть дополнен) покупное мыло, шампуни, бумажные полотенца и прочие ненужные мелочи, без которых можно обойтись.
К счастью, хоть к туалетной бумаге это правило не относилось.
Будильник, стоявший на комоде, издал ржавый скрежет. Десять часов утра. Через сорок минут во «Всеамериканском дворце пиццы» начиналась вторая смена. Элиот с трудом удержался, чтобы не поежиться. Он уже представлял себе вязкую патоку и жирный соус с перечной мятой, запах которых въедался в кожу.
Мальчик схватил со стола стопку листков — выполненное домашнее задание — и несколько раз сжал и разжал затекшие пальцы правой руки. Он писал всю ночь, но не жалел об этом. И гордился докладом о войне тысяча восемьсот двенадцатого года.
Бабушка наверняка поставит ему «А».
Его мысли о Чесапикской кампании и «звездно-полосатом флаге»
Музыка пронзила его насквозь, прогнала мысли о домашнем задании, пицце, правилах, и на миг он стал кем-то другим: героем посреди бурного моря. Грохотали орудия, ветер завывал в парусах…
Машина проехала, музыка стихла. Элиот все бы отдал за собственный радиоприемник.
«Музыка отвлекает», — не уставала повторять бабушка. Естественно, на этот счет также имелось правило.
ПРАВИЛО 34: Никакой музыки, включая игру на любых инструментах, как настоящих, так и самодельных, никакого пения — со словами и без слов, никакого воспроизведения мелодий и ритмов с помощью электронных и прочих средств.
От этого могло стошнить. От всех бабушкиных правил могло стошнить. Элиот никогда не получал то, чего ему хотелось. Кроме книг, конечно.
Три стены в его комнате на деле не были стенами. От пола до потолка возвышались книжные шкафы, поставленные здесь прабабушкой в незапамятные времена — должно быть, еще в докембрии.