— А с семьей что прикажешь делать? Слышал я, у него жена да две дочери.

— Феликс, браток, я же сказал, что все остальное — его проблемы. А то барыга совсем оборзел! К мусорам он не метнется — рыло у него в пуху по самые уши. Правда, он лепечет что-то про кредит, под который он загрузился. Что деньги нам вернет эдак недельки через три. Но мы не благотворительный фонд, так что лоху не повезло. Ты уж не подведи, братишка, ты у нас человек опытный. Лавэ разобьем впополаме. Половина тебе и твоей братве, а половина нам на воровское. По рукам?

— По рукам! Где его зацепить?

— К одиннадцати часам он сам подъедет к метро «Сокол». Там его и возьмешь под белы рученьки. А что дальше — не мне тебе рассказывать…

— А ты уверен, что он подъедет?

— А куда он с подводной лодки денется? Обложили его, бедолагу, со всех сторон. Так что будет ровно в одиннадцать как штык. Подъедет на синей «Вольво». Кстати, ее тоже попытайся для общей кучи отгрести. 0'кей?

— 0'кей!

Повесив трубку, Феликс достал из бара початую бутылку мартини. Плеснул содержимое в стакан и выпил.

— Бр-рр… кислятина.

Зайдя в ванную комнату, Феликс обнаружил в зеркале опухшую, помятую физиономию, еще вчера принадлежавшую привлекательному молодому человеку.

«Ну и рожа», — самокритично подумал Феликс. Включив горячую воду, он улегся в ванну со стаканом мартини в руке.

Голова все еще трещит. Во рту словно птички нагадили. Настроение препоганейшее. Каждый раз после очередного похмелья Феликс давал себе зарок: «либо совсем не пить, либо дозу спиртного свести к минимуму». И каждый раз себя обманывал.

Стыдно. Стыдно перед самим собой.

А ведь еще не так давно — отличный спортсмен, мастер восточных единоборств, первоклассный, профессиональный боец… Сейчас, к сожалению, приходилось тренироваться нерегулярно, от случая к случаю.