— Так точно, сэр. А потом?

Бэррис окинул взглядом подсвеченный иллюминацией лес, ощущая внутри себя какую-то едкую смесь праведного гнева и жестокого унижения. Ни один контрабандист не имел права так издеваться над ним. А если имел, то тогда ему было не суждено выжить, чтобы позлорадствовать.

— А потом мы с вами засядем за карты местности, заснятые с воздуха, изучим показания аппаратуры дальнего слежения на «Быстром ударе», ну и до чего там ещё успеют дойти нас руки. И мы наконец выясним, где же прячутся эти контрабандисты.

Почти неразличимый на фоне трескотни насекомых, ещё один далёкий гул разнёсся по холмам на крыльях прохладного ночного бриза. Террик прервал работу, навострив уши и пытаясь вслушаться в тишину ночи. По его подсчётом, то был уже четвёртый подобный взрыв за прошедшие пять часов, и это не считая той авиакатастрофы сразу после заката солнца. Но с каждым разом звуки не казались громче: взрывы не приближались.

Конечно, это имперцы. Ну а кто ещё? Только вот что за игру они там затеяли?

Бесшумная тень затмила звёздный свет, падающий через вход в пещеру, и Террик рефлексивно потянулся за бластером; он тут же расслабился, едва понял, что это явился Ллоллулайен.

— Видел что-нибудь? — негромко спросил Террик.

Пяти-тональный посвист борловианца был таким же тихим, и, как и раньше, не принёс свежих новостей.

— Знаешь, по-моему это просто нонсенс, — пожаловался Террик, подходя к напарнику и вглядываясь в туманный покров леса впереди и внизу. — Там взрывчатки не хватит, даже чтобы хоть кого-то оглушить. Зато там такой туман, что нервные солдаты будут шарахаться от каждой тени, и, неровен час, забросают гранатами своих же сослуживцев, не узнав их в потёмках.

В течение следующей долгой минуты единственным звуком, наполнявшим округу, было стрекотание насекомых. Террик вновь навострил уши, но других взрывов не последовало. И тогда Ллоллулайен сделал робкое предположение.