Прозрачно я смотрю вокруг и вижу, там ли, здесь ли, где-то ль, что ты одна, сестра и друг, могла быть спутницей поэта. Что я одной тебе бы мог, воспитываясь в постоянстве, пропеть о сумерках дорог и уходящем… — в эту длинную паузу я постарался сделать загадочное лицо, — христианстве

— Ну иди же ко мне, милый, иди ко мне!

Все опять случилось на мохнатом ковре гостиной, потом мы перебрались в спальню. Черное постельное белье, хитрая подсветка помещения и зеркальный потолок создавали ощущение нереальности и сказочности происходящего. Мы периодически добавляли «волшебного» порошка сначала, вдыхая его через серебряные трубочки, а потом просто — втирая мизинцем в десны. Сколько продолжалось это безумие, я не знаю, но в какой-то момент, при наплыве очередной волны наслаждения, сконцентрированной внизу живота и готовящейся вырваться ошеломляющим вихрем наружу, я закричал:

— Да, Аленка! Да! Да! Да!

Даша отдышалась и легла рядом.

— Денис, твою жену зовут Лена?

— Нет, ее зовут Катя, а почему ты спрашиваешь?

— Ты только что назвал меня Аленкой.

— Да? — смутился я. — Прости, наверное случайно вырвалось.

— Нет проблем. А кто она?

— Первая любовь.

— Расскажешь?

— А тебе интересно?

— Ну так… В общем да, — улыбнулась Даша.

— Ну… Познакомились мы в поезде, когда я ехал из Питера в Москву поступать в Университет. Потом долго не виделись. Встретились снова через несколько лет, был бурный роман, а потом она от меня ушла к моему приятелю. — Даша усмехнулась.

— Как всегда. А что потом?

— Потом она решила убить своего мужа, а свалить все на меня, но я чудом выкрутился. Чудом… — что-то больно кольнуло в груди. Даша неожиданно вскочила с кровати.